С детства не любила утро.
Помню, как мама будила меня, чтобы отвести в детский сад. Я видела в окне соседние высотки в темно-сиреневой дымке и страшно хотела вернуться обратно под мягкое одеяло. Мама заплетала мне тугие косы, вплетая в них широкие гофрированные ленты, и подгоняла, когда я медленно натягивала колючие колготы. Мы шли по пустынным улицам, и каждый раз где-то в животе я ощущала вакуум, пустоту, как будто давно не ела. Это ощущение я испытываю до сих пор каждый раз, когда вставать приходится очень рано.
Помню, как мама будила меня, чтобы отвести в детский сад. Я видела в окне соседние высотки в темно-сиреневой дымке и страшно хотела вернуться обратно под мягкое одеяло. Мама заплетала мне тугие косы, вплетая в них широкие гофрированные ленты, и подгоняла, когда я медленно натягивала колючие колготы. Мы шли по пустынным улицам, и каждый раз где-то в животе я ощущала вакуум, пустоту, как будто давно не ела. Это ощущение я испытываю до сих пор каждый раз, когда вставать приходится очень рано.
Мама работала на другом конце большого города, выезжать надо было за несколько часов, а потому в садик я попадала раньше воспитательниц и нянечек. Иногда в это время в садике не было вообще никого, кроме тучных поварих и прачек, пахнущих белизной. И тогда я сидела на огромной кафельной кухне, пропитанной кисловатым запахом, мотыляла ногами и эмоционально рассказывала поварихе, как не люблю манную кашу в надежде, что меня услышат и не подадут эту гадость на завтрак. А потом, когда приходили все-все-все, и мы усаживались за низкие квадратные столики, разочаровывалась, потому что оказывалось, что повариха меня почему-то не послушала и наварганила манку, и снова придется давится мерзкими комочками.
Подъем в школу вплоть до 11 класса был сущим адом. Брезгливость, с которой я относилась к этому образовательному заведению, достигала своего апогея именно утром. Учебу в университете я вообще совмещала с ночной работой в казино, поэтому, выходя оттуда поутру, шипела и щурилась, тащила свое тело в кулинарию поблизости, заправлялась литром кофе и на втором дыхании шла в универ, где благополучно отсыпалась несколько первых пар. В общем, не складывались у меня отношения с утрами.
Не устану повторять, что рождение Нисы — это и новое рождение меня. За эти почти полгода все перевернулось с ног на голову. Например, я полюбило утро. Жду каждое новое. Потому что знаю, что моя малышка встретит меня невозможно умилительной широченной беззубой улыбкой. Потому что мы будем обниматься и ласкаться. Потому что мы умоемся и пойдем на кухню варить кофе. Я буду пританцовывать под радийную песенку, а мой Круассанчик — мусолить яблочко и стучать ножками.
И это стоит всего дня. Честное слово.
Ну, и рецепт Крок-мадам с томатами и соусом Бешамель для любого счастливого утра.
На 2 порции:
2 тонких ломтика ветчины
1 томат
4 тонких ломтика сыра Эдам
2 яйца
4 кусочка хлеба для тостов
70 мл соуса Бешамель
4 ч. л. сладкой баварской горчицы
оливковое масло
2 веточки тимьяна
Для соуса Бешамель
1/2 репчатого лука
200 мл молока
20 г сливочного масла
1 ст. л. муки
2 гвоздички
1 лавровый лист
щепотка мускатного ореха
соль
перец
сухие прованские травы
Налить в кастрюлю молоко и положить туда половину луковички с воткнутыми в нее гвоздичками. Добавить мускат и лаврушку. Поставить на маленький огонь, довести до кипения, поварить около 10 мин, после чего благополучно снять с огня.
Подъем в школу вплоть до 11 класса был сущим адом. Брезгливость, с которой я относилась к этому образовательному заведению, достигала своего апогея именно утром. Учебу в университете я вообще совмещала с ночной работой в казино, поэтому, выходя оттуда поутру, шипела и щурилась, тащила свое тело в кулинарию поблизости, заправлялась литром кофе и на втором дыхании шла в универ, где благополучно отсыпалась несколько первых пар. В общем, не складывались у меня отношения с утрами.
Не устану повторять, что рождение Нисы — это и новое рождение меня. За эти почти полгода все перевернулось с ног на голову. Например, я полюбило утро. Жду каждое новое. Потому что знаю, что моя малышка встретит меня невозможно умилительной широченной беззубой улыбкой. Потому что мы будем обниматься и ласкаться. Потому что мы умоемся и пойдем на кухню варить кофе. Я буду пританцовывать под радийную песенку, а мой Круассанчик — мусолить яблочко и стучать ножками.
И это стоит всего дня. Честное слово.
Ну, и рецепт Крок-мадам с томатами и соусом Бешамель для любого счастливого утра.
На 2 порции:
2 тонких ломтика ветчины
1 томат
4 тонких ломтика сыра Эдам
2 яйца
4 кусочка хлеба для тостов
70 мл соуса Бешамель
4 ч. л. сладкой баварской горчицы
оливковое масло
2 веточки тимьяна
Для соуса Бешамель
1/2 репчатого лука
200 мл молока
20 г сливочного масла
1 ст. л. муки
2 гвоздички
1 лавровый лист
щепотка мускатного ореха
соль
перец
сухие прованские травы
Налить в кастрюлю молоко и положить туда половину луковички с воткнутыми в нее гвоздичками. Добавить мускат и лаврушку. Поставить на маленький огонь, довести до кипения, поварить около 10 мин, после чего благополучно снять с огня.
В другой кастрюльке растопить масло, смешать с мукой до однородной массы, и помешивать ее минут 5, не давая пригореть, после чего влить половину получившегося "лукового" молока. Когда закипит, влить оставшееся молоко и помешивать до тех пор, пока не получится соус, по консистенции напоминающий сметану. В самом конце посолить, поперчить и сдобрить сухими прованскими травами.
Хлеб поджарить до золотистой корочки (для пущей красоты хорошо бы поджарить на рельефной поверхности) и намазать горчицей. Налить в сковороду минимум оливкового масла и по минутке с каждой стороны обжарить порезанные кружочками томаты (слишком тонко резать не стоит, иначе помидор прилипнет к поверхности сковороды и его придется соскребать). Там же обжарить ломтики ветчины.
На два тоста выложить по кусочку ветчины, на другие два - кружочки томатов. Сверху щедро покрыть тосты соусом Бешамель и поверх выложить пластинки сыра, по размеру "подогнанные" под размер хлеба. Собрать два сендвича - тост с ветчиной плюс тост с томатами - и поставить в разогретую до 180 градусов духовку на 10 минут.
Пока сендвичи томятся, пожарить две аккуратные глазуньи, которые потом выложить на тосты и украсить тимьяном.
Приятного аппетита!
Хлеб поджарить до золотистой корочки (для пущей красоты хорошо бы поджарить на рельефной поверхности) и намазать горчицей. Налить в сковороду минимум оливкового масла и по минутке с каждой стороны обжарить порезанные кружочками томаты (слишком тонко резать не стоит, иначе помидор прилипнет к поверхности сковороды и его придется соскребать). Там же обжарить ломтики ветчины.
На два тоста выложить по кусочку ветчины, на другие два - кружочки томатов. Сверху щедро покрыть тосты соусом Бешамель и поверх выложить пластинки сыра, по размеру "подогнанные" под размер хлеба. Собрать два сендвича - тост с ветчиной плюс тост с томатами - и поставить в разогретую до 180 градусов духовку на 10 минут.
Пока сендвичи томятся, пожарить две аккуратные глазуньи, которые потом выложить на тосты и украсить тимьяном.
Приятного аппетита!
Комментариев нет:
Отправить комментарий