С детства не любила утро.
Помню, как мама будила меня, чтобы отвести в детский сад. Я видела в окне соседние высотки в темно-сиреневой дымке и страшно хотела вернуться обратно под мягкое одеяло. Мама заплетала мне тугие косы, вплетая в них широкие гофрированные ленты, и подгоняла, когда я медленно натягивала колючие колготы. Мы шли по пустынным улицам, и каждый раз где-то в животе я ощущала вакуум, пустоту, как будто давно не ела. Это ощущение я испытываю до сих пор каждый раз, когда вставать приходится очень рано.
Помню, как мама будила меня, чтобы отвести в детский сад. Я видела в окне соседние высотки в темно-сиреневой дымке и страшно хотела вернуться обратно под мягкое одеяло. Мама заплетала мне тугие косы, вплетая в них широкие гофрированные ленты, и подгоняла, когда я медленно натягивала колючие колготы. Мы шли по пустынным улицам, и каждый раз где-то в животе я ощущала вакуум, пустоту, как будто давно не ела. Это ощущение я испытываю до сих пор каждый раз, когда вставать приходится очень рано.
